Маневренная война и танки

poi1s2zb9vgpyakve75mo971405di4n1

Маршал бронетанковых войск П. РОТМИСТРОВ

 (Статья перепечатана в оригинальном варианте из журнала «Военная мысль» № 3 1945 г.)

Действия войск в первые месяцы мировой войны 1914–1918 гг. имели маневренный характер. Но уже к началу 1915 г. на Западе и к концу этого года на Востоке армии обеих сторон вынуждены были перейти к позиционным формам борьбы. Возросшая мощь огня благодаря массовому применению пулеметов, установленных в прочных окопах и прикрытых различного рода препятствиями, крайне затрудняла, а порой и вовсе исключала возможность преодоления пехотой укрепленной полосы противника.

Попытки выйти из позиционного тупика при помощи массированного использования артиллерии и увеличения времени на артиллерийскую подготовку приводили лишь к потере внезапности и желаемых результатов не давали, в лучшем же случае они приводили к вдавливанию фронта обороны. Обычно, как только артиллерия отставала от пехоты, наступление приостанавливалось, и противник воздвигал новую полосу обороны, которую нужно было вновь прорывать. Необходимость в новом эффективном средстве борьбы с пулеметами в глубине обороны привела к созданию танка. Его появление явилось естественным следствием позиционной войны.

Уже первый опыт применения небольшого количества танков в неблагоприятных условиях местности и погоды дал англичанам успех в наступлении на Сомме. При помощи танков они прорвали укрепленную полосу немцев, за которую дрались без танков безуспешно в течение месяца, на глубину в 5 км за одни сутки. В сражении у Камбре, в котором участвовало 378 танков, англичане в результате двенадцатичасового боя при помощи танков прорвали сильнейшие укрепления «позиции Гинденбурга» на глубину до 9 километров.

Если первоначально танки в наступлении применялись только для сопровождения пехоты, то в сражении у Камбре, а затем под Суассоном и Амьеном предусматривалось использовать их также и для нанесения более глубоких ударов, хотя ни в одной из этих операций наступление не получило такого развития, как мы представляем его себе сейчас. Однако опыт применения довольно немногочисленных по количеству и несовершенных по качеству танков в первой мировой войне все же показал их способность увеличивать ударную силу пехоты, прорывать совместно с ней укрепленные рубежи, сопровождать и обеспечивать ее своим огнем в ходе наступления.

Основная заслуга танка того времени заключалась в том, что его броня смогла парализовать действенность пулемета, а гусеница придала ему высокую проходимость. Эти качества танка позволили дополнить боевые свойства артиллерии в наступательном бою и за счет их сократить по времени или совсем исключить артиллерийскую подготовку прорыва обороны. Танки сделали возможным нанесение ударов на большую глубину. Они сделали возможным почти одновременное подавление всех огневых средств противника на всю тактическую глубину его обороны, создали условия, при которых смог возродиться элемент внезапности в бою. Кроме того, уже тогда стало ясным, что более совершенные танки при массовом их применении способны придать войне маневренный характер.

Но опыт первой мировой войны был воспринят не всеми одинаково. Далеко не все уловили зарождение новых форм ведения войны с появлением танков.

Над некоторыми еще довлели идеи позиционной войны даже после участия танков в боях под Камбре и Суассоном, где они впервые были применены массированно и со значительным успехом, после чего вошли в историю войны как новый род войск. Однако танки были технически несовершенны, потери их велики, промышленность не могла их быстро восполнять. Это приводило к выводам, что танки в бою могут действовать только в тесном взаимодействии с пехотой и в ее боевых порядках, что они могут передвигаться на поле боя только под прикрытием огня артиллерии. Идея глубоких операций с помощью танковых войск лишь зарождалась. Мало способствовала ее развитию и война в Испании. Там она началась как маневренная, но вскоре приняла позиционные формы и закончилась прорывом позиционного фронта, не перерастая, однако, в маневренную войну. Танки в Испании для решения самостоятельных оперативных задач вообще не применялись и не могли быть применены, так как танковые войска были там весьма малочисленны, а современных крупных танковых и механизированных соединений не было. Танки применялись только для непосредственного сопровождения пехоты и в тесном взаимодействии с ней.

Здесь же следует отметить, что в Испании, в отличие от первой мировой войны, на поле боя появилось много противотанковой артиллерии, успешно боровшейся с танками. В этой борьбе между танками и противотанковой артиллерией победила артиллерия, так как она по своим качествам значительно превосходила бронезащиту танков. Последние, построенные с учетом опыта войны 1914–1918 гг., были в основном тонкобронные, защищали экипажи и мотор только от пулеметного огня и поэтому несли большие потери от противотанковой артиллерии. Артиллерия, сопровождавшая танки в наступлении, была малочисленна и оказалась неспособной вести эффективную борьбу с противотанковой артиллерией обороняющегося.

В результате опыта этой войны танки не получили широкого признания как новый род войск. Например, военные руководители Франции далее и в 1940 г. не хотели признать никаких новшеств в военном искусстве, которые вносили танковые войска. Отдельные же представители французской армии, в числе их и генерал де Голль, правильно оценивавшие роль танков в современной войне, не смогли оказать решающего влияния на изменение установившихся официальных взглядов по этому вопросу. Французское военное руководство возлагало все надежды на непреодолимую силу обороны, на неприступность своей «линии Мажино». Сейчас нет необходимости доказывать, как судьба жестоко посмеялась над этими «военными мыслителями» довоенной Франции. В Англии возникла идея создания самостоятельных танковых соединений, но дело не пошло дальше опытов в этом направлении.

Таким образом, из опыта войны в Испании многие не смогли извлечь ничего нового в отношении как строительства, так и применения танков и особенно в вопросе ведения маневренной войны с их помощью.

Вскоре после войны в Испании Красная Армия получила немалый опыт советско­финляндской войны. В этой войне наши танковые войска были поставлены в весьма тяжелые условия. Труднодоступная для их действий местность — лесные массивы, озера, реки, заболоченные участки — крайне ограничивала возможность массированного применения танков. Кроме того, танковым войскам совместно с другими родами войск пришлось на такой трудной местности преодолевать еще и сильно укрепленную оборонительную полосу долговременного типа, так называемую «линию Маннергейма». Вследствие таких трудных условий танки в этой войне применялись исключительно во взаимодействии с пехотой и артиллерией. Здесь же следует напомнить, что в советско­финляндской войне нами применялись только тонкобронные танки типа «Т­26», «БТ» и «Т­28», которым очень трудно было бороться на такой трудной местности с противотанковой артиллерией противника, к тому же в большинстве своем укрытой в доты. Опыт этой войны, оказавшейся такой тяжелой для танковых войск, также не внес больших изменений во взгляды на роль танков.

Однако опыт, полученный Красной Армией в войне с Финляндией, не пропал даром. Он продиктовал необходимость произвести частичную реорганизацию и усиление Красной Армии, в том числе произошли реорганизация и усиление танковых войск. Применявшаяся тогда танковая броня не удовлетворяла новым требованиям. Уже нужны были толстобронные танки с сильной артиллерией (более 76 мм). Действительно, если в прошлую мировую войну вследствие отсутствия противотанковой артиллерии даже тонкобронные танки могли расчищать путь для своей пехоты, то в условиях нынешней войны такие тонкобронные танки были бы так же беспомощны на поле боя перед противотанковой артиллерией, как пехота перед пулеметом.

Фашистская Германия, готовясь к вероломному нападению на Советский Союз, больше всего развивала авиацию и танковые войска, а один из теоретиков германской армии по танковым вопросам — генерал Гудериан — считал, что танки являются единственной ударной силой, способной прорвать оборону и развить удар. Возлагая все свои надежды в этой войне на танки и авиацию, гитлеровские стратеги недооценивали роли артиллерии, и в этом была одна из серьезных их ошибок. Тем не менее практически немецкие танки к началу этой войны по броне и вооружению весьма плохо отвечали современным требованиям. Немцы делали ставку на быстроходные легкие и средние танки с надежной ходовой частью и моторами, с легкой броней и вооружением, ставя своей целью быстрое преодоление больших пространств. Известно, что основными машинами танковых войск германской армии являлись танки «Т­II», «Т­III», «Т­IV», лобовая броня которых была: «Т­II» — 15 мм, «Т­III»— 30 мм, «Т­IV» — 40 мм. В ходе же войны немцам пришлось срочно перевооружаться более тяжелыми боевыми машинами.

Красная Армия хотя имела к началу Отечественной войны значительно меньше танков, чем немецкая армия, но благодаря тому, что мы придерживались правильных взглядов на пути развития бронетанковой техники, они были более совершенными и вполне отвечали всем требованиям современной воины. Вооружение и броня наших танков «Т­34» и «КВ» к началу войны были значительно более мощными, чем немецких танков этого же класса машин.

РОЛЬ И ЗНАЧЕНИЕ ТАНКОВ В СОВРЕМЕННОЙ ВОЙНЕ

Говоря о роли танков в современной войне, товарищ Сталин в одном из своих выступлений подчеркнул, что танкисты являются хозяевами современных полей сражений. Нет нужды доказывать, насколько был прав товарищ Сталин в своем определении роли и значения танков. Советско­германская война, несмотря на наличие сплошного фронта, благодаря танкам и авиации началась и продолжается сейчас как маневренная.

Бронетанковые и механизированные войска на полях сражений Отечественной войны приобрели огромный боевой опыт. Они, сочетая в себе высокую подвижность и огромную ударную силу, обладают наиболее необходимыми и решающими свойствами для ведения современной войны.

Опыт войны показывает, что теперь ни одна наступательная операция с решительной целью не может быть успешно проведена без участия в ней танков. Для того чтобы можно было правильно оценить значение танков в современной войне, достаточно напомнить слова товарища Сталина, сказанные им в докладе 6 ноября 1941 г., где он, объясняя причины временных неудач нашей армии, в частности, говорил: «Но танков у нас все же в несколько раз меньше, чем у немцев. В этом секрет временных успехов немецкой армии».

В своих планах вероломного нападения на Советский Союз гитлеровское командование отводило первостепенную роль бронетанковым войскам, и с этой целью в Германии было развернуто массовое производство танков. Исходя из опыта своих легких побед в Польше и Франции, немецкая армия вступила в войну против СССР, имея на вооружении в основном быстроходные легкие и средние танки, как наиболее, по видимому, отвечавшие стратегии «блиц­крига». Используя преимущество внезапности и численное превосходство в танках и авиации, немцы добились сравнительно высоких темпов наступления в начальный период войны. Но с возрастанием сопротивления Красной Армии они не только резко снизили темпы своего наступления, но, как теперь всем известно, уже в декабре 1941 г. после разгрома под Москвой вынуждены были отступать на широком фронте. В ходе войны, под ударами Красной Армии, им пришлось отказаться от своей стратегии «блицкрига», изменить взгляды на применение танков и приступить к перевооружению своих танковых войск, так как немецкие танки оказались во всех отношениях значительно хуже советских.

Военная доктрина Красной Армии, в отличие от немецкой построенная на основе реального учета возможностей современных технических средств ведения войны, исходила из основного принципа, что современный бой немыслим без участия в нем всех родов войск. Только согласованными по времени и месту усилиями всех родов войск можно достигнуть победы на поле боя. Успех боя бронетанковых и механизированных войск неотделим от действий других родов войск. Во всех случаях их действия должны обеспечиваться авиацией, артиллерией и другими родами войск, а достигнутый успех немедленно закрепляться пехотой. Красная Армия в своих взглядах, в частности, на ведение наступательной операции исходит из реального учета силы современной обороны и необходимости прорыва ее совместными усилиями всех родов войск с тем, чтобы бронетанковые и механизированные войска смогли выйти на оперативный простор и наносить глубокие удары с целью окружения и уничтожения противника или разгрома его по частям. Маневренный характер войны не исключает на отдельных участках сплошных фронтов и их стабилизации. Поэтому большинство наступательных операций Красной Армии начинается с прорыва обороны противника общевойсковыми соединениями.

Красная Армия, исходя из тех задач, которые приходилось и приходится решать на поле боя танковым и механизированным войскам, соответствующим образом и организационно построила свои танковые и механизированные войска. Для участия в прорыве обороны были созданы отдельные танковые батальоны, полки и бригады, которые, как общее правило, в бою действовали в тесном взаимодействии с пехотой и артиллерией. Основная задача этих танковых частей и соединений состоит в том, чтобы подавить или уничтожить огневые точки, уцелевшие после артиллерийской подготовки, уничтожить живую силу обороняющегося и тем самым обеспечить продвижение своей пехоты в глубь неприятельской обороны.

Танки, предназначенные для взаимодействия с пехотой, при поддержке артиллерии и авиации, обычно вместе с пехотой прорывают оборонительную полосу противника, ведут за собой пехоту и артиллерию и этим самым обеспечивают возможность в дальнейшем более крупным танковым соединениям, предназначенным для развития успеха, выйти в оперативную глубину обороны. Прорыв, как известно, требует быстрого оперативного развития его. Эту задачу могут выполнить только крупные массы бронетанковых и механизированных войск.

В ходе войны Красная Армия, по мере увеличения выпуска танков, все больше и больше развертывала крупные танковые и механизированные соединения. Уже в 1942 г. мы имели такое количество этих соединений, которое позволило нам достигнуть быстрого окружения крупной немецкой группировки под Сталинградом. В этой беспримерной в истории операции танковые и механизированные корпуса полностью проявили свои возможности наносить глубокие удары, расчленять группировки противника и окружать их. Войдя в прорыв на флангах, подвижные соединения в течение 4—5 дней пронизали немецкую оборону на всю ее глубину и полностью осуществили оперативное окружение главной немецкой группировки под Сталинградом, соединившись в районе г. Калач.

Сталинградская битва, закончившаяся окружением и уничтожением 330­тысячной группировки отборных войск противника, богато оснащенной современной техникой, показала классические образцы оперативного использования крупных танковых и механизированных соединений для достижения решительных целей.

Начиная со Сталинградской эпопеи, ни одна операция с решительной целью не проводилась без участия крупных танковых масс. Танковые и механизированные соединения стали основным средством развития успеха при прорыве и маневре на окружение. Своей стремительностью, маневром и ударной силой они создали такие условия, что маневр на окружение стал основной и ведущей формой наступательных операций Красной Армии.

В дальнейшем перед танкистами Красной Армии была поставлена задача быть готовыми к ведению самостоятельного боя в оперативной глубине обороны противника.

Для этого танковые войска должны были иметь теперь в своем составе не только танки и самоходные орудия, но и мотопехоту, пушечную артиллерию, тяжелые и средние минометы, бронетранспортеры и броневики, мотоциклетные части и сильные средства связи и управления. При такой организации они приобрели большую самостоятельность и с выходом на оперативный простор могли не только вести маневренный бой, но и без помощи других родов войск сломить сопротивление противника, поспешно перешедшего к обороне на промежуточном рубеже.

Кроме того, в состав танковых войск были включены механизированные соединения, которые особенно выгодно применять в оперативной глубине неприятельской обороны для преодоления оборонительного рубежа, поспешно занятого войсками противника.

Созданные по указанию товарища Сталина крупные танковые и механизированные соединения в сражениях 1943 г. укрепились организационно, что позволило им в последующем, наступая совместно с другими родами войск, своими действиями обеспечить разгром крупнейших группировок немецкой армии и освобождение огромных территорий от немецких захватчиков.

ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ТАНКОВЫХ ВОЙСК  В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

Особенности наступательных операций Красной Армии в Отечественной войне кратко можно характеризовать следующим образом.

Во­первых, участием в наступлении крупных масс современной техники и массированным использованием ее на решающих направлениях. Красная Армия в процессе войны превзошла немецкую армию в технической оснащенности. «Теперь Красная Армия, — говорил товарищ Сталин в своем докладе 6 ноября 1944 г.,— имеет танков, орудий, самолетов не меньше, а больше, чем немецкая армия. Что касается качества нашей боевой техники, то в этом отношении она намного превосходит вооружение врага».

Во­вторых, Красная Армия, умело сочетая сильные стороны техники с действиями пехоты, использует свою технику не только для одновременного подавления тактической обороны, но и для нанесения глубоких ударов. Операции Красной Армии приняли форму глубоких ударов, которые завершаются, как правило, раскалыванием фронта обороны противника, дроблением его группировок, а в конечном счете приводят к его окружению.

В­третьих, глубокие удары Красная Армия наносит не на узком участке фронта, а одновременно на нескольких направлениях.

Такие глубокие и быстрые удары заканчиваются обычно окружением, а затем разгромом крупных вражеских группировок. Окружение как в оперативном, так и в тактическом масштабах стало основной формой наступательных операций Красной Армии.

Оперативное окружение осуществляют, как правило, крупные танковые и механизированные соединения, введенные в прорыв, совершенный общевойсковыми соединениями. Действуя при поддержке авиации впереди общевойсковых соединений и в большинстве случаев в отрыве от них, танковые войска выходят на коммуникации противника и изолируют его расчлененные группировки друг от друга. В этих случаях танковые и механизированные соединения выполняют ведущую роль.

Окруженный противник обычно лишается возможности свободно маневрировать и либо уничтожается нашими войсками, либо принуждается к сдаче в плен, как это имело место, например, в Корсунь­Шевченковской операции.

Опыт Отечественной войны показал, что танковые и механизированные войска применяются не только в наступлении, но и в обороне, где они также выполняют активные задачи, умело отражая наступление врага. Многочисленные примеры использования танковых войск в обороне показывают, что они придают большую устойчивость обороняющейся пехоте и делают оборону неприступной. Действуя из засад либо нанося контрудары самостоятельно или совместно с пехотой и артиллерией, они уничтожают пехоту и танки врага, вклинившиеся в нашу оборонительную полосу. Нередки случаи, когда обороняющиеся танковые и механизированные войска, измотав врага и обескровив его, сами переходили от обороны к наступлению. Характерным примером в этом отношении является операция на «Курской дуге». Она отличалась небывалым по своим масштабам применением бронетанковых и механизированных войск с обеих сторон. Чтобы судить о масштабах танковых сражений того периода, достаточно напомнить о крупном танковом сражении под Прохоровкой, где на сравнительно небольшом участке фронта действовало в бою до 1 500 танков с обеих сторон. В период оборонительного сражения бронетанковые и механизированные войска, поддерживаемые мощной артиллерией, образовали ту стальную стену нашей обороны, о которую разбилось наступление бронированных «клиньев» немецких армий, наносивших удары с юга и севера. Они придали крепость, упорство и большую стойкость обороне. Танковые «клинья» противника, если и проникали кое­где через оборонительные линии наших общевойсковых соединений, всюду разбивались о танковый «щит» оборонявшихся войск. Действуя методами засад и коротких контратак против наступающих немецких танков, наши танковые силы ускорили процесс изматывания и истощения врага. Сдержать натиск танковых «клиньев» немцев, вооруженных новейшей техникой, было бы трудно без наличия у нас крупных масс танковых и механизированных войск. Измотав и обескровив врага, Красная Армия на седьмой день битвы сама перешла в решительное контрнаступление.

Битва под Курском показала, что в крупных оборонительных сражениях наличие значительных сил бронетанковых и механизированных войск абсолютно необходимо. Они не только усиливают оборону других родов войск, но и в значительной степени предопределяют успех оборонительного сражения и обеспечивают возможность перехода в контрнаступление.

В операциях по разгрому немецких войск в Белоруссии летом 1944 г. крупные танковые соединения применялись на всех основных операционных направлениях. В генеральном наступлении наших войск, начатом 23 июня 1944 г., танковые и механизированные соединения, введенные в прорыв на Богушевском направлении и севернее Орши, стремительно развивали его, действуя впереди полевых армий. В то время как оршанская группировка немцев отходила вдоль магистрали Орша — Борисов — Минск, танковые и механизированные соединения уже находились в ее тылу в районе Борисова, лишив ее возможности задержаться на рубеже р. Березина.

Войска 1­го Белорусского фронта, начавшие наступление 24 июня на правом крыле, прорвали фронт немецкой обороны севернее и южнее Жлобина. Введенные в прорыв танковые, механизированные и кавалерийские соединения уже к утру 27 июня замкнули «клещи» вокруг бобруйской группировки противника, в то время как его жлобинская группировка отходила на Бобруйск. В кольце окружения в районе Бобруйска оказались пять дивизии З5­го и 41­го немецких корпусов. Таким образом, на обоих флангах фронта наступления (3­й и 1­й Белорусские фронты) немецкие войска были разгромлены. Танковые и механизированные соединения, вклинившиеся глубоко в неприятельский тыл, сделали сопротивление на этих направлениях либо невозможным для врага, либо бесполезным. Выходом в тыл они упреждали возможность создания противником стабильного фронта на естественных рубежах при его отходе. За шесть дней наступления при разгроме флангов противника наши войска, имея впереди подвижные соединения, прошли с боями около 120–150 км с темпами продвижения 20—25 км в сутки. В результате войска 3­го и 1­го Белорусских фронтов нависли над флангами центральной группировки противника, отходившей с боями вдоль магистрали Орша—Борисов—Минск.

После форсирования р. Березина, севернее Борисова, 1 июля 1944 г. танковые и механизированные соединения 3­го Белорусского фронта быстро двинулись в западном и юго­западном направлениях на Минск. Применяя гибкий маневр обхода опорных пунктов, они 2 июля стремительным ударом овладели городами Вилейка и Красное, перерезав коммуникации, соединявшие Минск с Вильно и Лидой, в то время как центральная группа немецких войск только отходила от Борисова. Танковые соединения и конно­механизированная группа 1­го Белорусского фронта в это время охватили минскую группировку немцев с юга. Уже 30 июня конно­механизированная группа заняла Слуцк, затем, совершив в течение одних суток стремительный бросок на 80 км и овладев Несвижем, оказалась на подступах к г. Барановичи; другая танковая группа к этому времени устремилась к Минску с юга. Таким образом, были перерезаны и коммуникации, соединявшие минскую группировку врага с Барановичами и Брестом. К 3 июля танковые и механизированные соединения 3­го и 1­го Белорусских фронтов уже сомкнули «клещи» в районе Минска и овладели им, окружив всю минскую группировку противника, которая еще вела бои с войсками 2­го Белорусского фронта, находясь на рубеже р. Березина. В результате этих боев 4­я немецкая армия не смогла ускользнуть из­под ударов войск 3­го и 1­го Белорусских фронтов.

За 23 дня наступления в Белоруссии советские войска продвинулись на запад на расстояние до 500 км, наступая со средними темпами за всю операцию около 22 км в сутки. Основную роль в достижении таких темпов наступления сыграли танковые и механизированные войска, которые упреждали возможность сражения на промежуточных рубежах обороны и вынуждали противника не задерживаться на них.

В этом наступлении танковые войска не только развили прорыв, осуществленный общевойсковыми соединениями, но своим массированным ударом и выходом в оперативную глубину обеспечили главным силам фронта возможность разгрома всей белорусской группировки немцев.

В январском наступлении этого года танковые войска были применены еще более массированно, чем летом 1944 года. Трудно переоценить их роль и значение в наступательных операциях, развернувшихся в Польше, Восточной Пруссии и других восточных провинциях Германии. Основываясь лишь на кратких сообщениях оперативных сводок, можно сказать, что танковые и механизированные войска явились важнейшим фактором, обеспечившим быстрый разгром немецких войск в этой кампании. Они сделали возможным достижение главными силами наших фронтов таких темпов наступления, которые сорвали все попытки врага остановить наступавшие войска на промежуточных оборонительных рубежах. Наши войска, если считать по прямой, продвигались от Варшавы до Познани со средними темпами, равными около 22–25 км в сутки. При этом им пришлось преодолеть две полосы обороны с долговременными сооружениями и от трех до пяти рубежей временных полевых укреплений, построенных немцами заблаговременно. Эти успехи можно объяснить не только хорошей организацией наступления и отлично проведенной артиллерийской подготовкой, но, в частности, и массированным применением танков. Все это вместе взятое не позволило немцам занять заранее подготовленные рубежи и облегчило главным силам наступающих войск выполнение задачи разгрома противника в маневренном бою.

Таковы основные характерные черты современных форм борьбы, практически примененных Красной Армией.

ТАНКИ КАК СРЕДСТВО МАНЕВРА

Отступая под ударами советских войск, немцы пытаются стабилизировать фронт, используя стратегические рубежи обороны. Им удавалось временно приостанавливать наступление наших войск на наиболее важных рубежах, но Красная Армия каждый раз переходила в наступление на других участках обширного советско­германского фронта или прорывала созданные противником укрепленные полосы. Немцам не помогли ни их укрепленные позиции на Днепре, Днестре и в Карпатах, ни долговременные укрепленные позиции под Ленинградом и на Карельском перешейке, ни даже мощные оборонительные позиции на р. Висла вместе с укреплениями западнее ее, построенными немцами еще до первой мировой войны.

В прорыве этих позиций танки, усиливая пехоту, придавали ей пробивную силу. Помогая пехоте прорвать главную полосу обороны противника, танки, как только в обороне образовалась брешь, массированно вводились в эту брешь, стремительно развивали прорыв и тем самым придавали бою, а вслед за этим и всей операции маневренный характер. Там, где немцы создавали мощную противотанковую оборону и одевали свои огневые средства в бетон и сталь, приходила на помощь артиллерия. Она своим огнем сметала с лица земли долговременные укрепления противника и прокладывала дорогу танкам н пехоте. Опыт показал, что теперь достаточно пробить брешь в обороне и обеспечить возможность действовать танкам, как бой принимает маневренный характер.

Возможность прорыва укрепленных и долговременных полос, при наличии современных средств подавления, доказана всем ходом Отечественной войны. Железобетон не в состоянии противостоять современным средствам разрушения. Образованная артиллерией брешь в обороне немедленно используется танками, которые не дают противнику возможности закрыть образовавшийся прорыв, нанося удар по его флангам и в тыл, и заставляют его или отходить, чтобы избежать окружения, или вынуждают вести маневренные бои.

Однако немцы, эти ярые поборники маневренной войны в прошлом, после решающих поражений на советско­германском фронте стали искать спасения в позиционных формах войны. Гитлеровцы хотели убедить весь мир в возможности ведения позиционной войны. За несокрушимость обороны, за позиционную войну они хватались, как утопающий за соломинку. Они хотели, чтобы вера в несокрушимость укреплений и «укрепленных валов» стала моральным фактором устойчивости немецкой армии. Вот причина, заставившая немецкую пропаганду рекламировать неприступность своих позиций. С ловкостью фокусника она пыталась подменить теорию «молниеносной войны» теорией неизбежности позиционного фронта. Она отметает наследие прошлого в военной науке и придает забвению новые формы, выдвинутые боевой практикой и уже превращенные в реальность.

В Отечественной войне для Красной Армии создались все необходимые условия для ведения маневренной войны. Это, в первую очередь, наличие обширного театра, превосходство над противником в стратегических резервах, артиллерии, достигнутое в ходе войны значительное превосходство в танках и авиации, а также ненависть к врагу — моральный фактор, который нельзя не учитывать.

Эти возможности уже превращены Красной Армией в реальный фактор победы: современная техника применяется на основе сталинского военного искусства, на основе глубокой тактики.

Массированное применение бронетанковых и механизированных войск на решающих направлениях и их стремительные действия сделали возможным осуществление окружения и уничтожения противника в короткие сроки и значительно повысили темпы наступательной операции.

Охваты, обходы, выходы в тыл и на коммуникации врага стали основными формами маневра для танковых и механизированных соединений, особенно при действиях в глубине и при оперативном преследовании.

То, что не удалось сделать в первую мировую войну, ныне стало реальностью: глубокие операции осуществляются и именно благодаря массовому применению танков.

Современные операция или сражение не мыслятся без участия в них танков. Они вместе с авиацией придали операции глубокий и маневренный характер, повысили темпы наступления.

Танковые и механизированные соединения сделали возможным окружение крупных неприятельских группировок. Обладая высокой подвижностью и огромной ударной силой, они приобрели способность, войдя в прорыв, осуществленный общевойсковыми соединениями, стремительно прорываться в глубокий тыл противника и осуществлять оперативное его окружение.

Опыт Отечественной войны показал, что танковые войска своими действиями обеспечили невиданный до сих пор в военном искусстве размах операций. С выходом на оперативный простор они стремятся прежде всего парализовать волю противника, дезорганизовать его армию и подавить его морально. Такие задачи в современной войне могут решаться только танковыми и механизированными войсками. Для этого им нет необходимости уничтожать все имеющееся в оперативной глубине неприятельские войска, ввязываться в упорные бои за опорные пункты, крупные города и т. д. Наоборот, танковым и механизированным соединениям важнее смелым маневром нарушить связь и управление вражеских войск, уничтожить их штабы, занять основные перекрестки и узлы дорог, воспретить всякое движение неприятельских войск по дорогам и выходить как можно скорее к конечной цели. Опыт показал, что своевременное выполнение танковыми войсками поставленной задачи всегда сулит больше успеха в задуманной операции, чем если бы они привлекались для уничтожения разрозненных групп врага. Обычно войска противника, потерявшие управление, сброшенные со своих основных коммуникаций, в полевых условиях длительного сопротивления оказывать не могут и с подходом главных сил фронта, осуществляющего наступательную операцию, быстро уничтожаются.

Таким образом, если танковые войска в период прорыва обороны и его развития, как и все рода войск, ведут бой главным образом на разгром и физическое уничтожение живой силы и техники врага, то по принципам последовательного овладения оборонительными рубежами и последовательного уничтожения тактических и оперативных резервов противника (последние также частично втягиваются в бой в тактической зоне обороны), то с выходом на оперативный простор характер боев для танковых и механизированных соединений несколько меняется. Но на этом этапе им важнее всего искусным маневром появляться там, где противник их не ждет, и неожиданным ударом деморализовать его, добиться морального подавления; подошедшая пехота быстро закончит начатое танкистами дело.

Прорываясь в глубину неприятельской обороны, танковые и механизированные соединения, поддерживаемые крупными силами авиации, стали способны обгонять отходящие колонны врага, упреждать их в занятии выгодных для обороны рубежей. Вступая в бой с подходящими неприятельскими резервами, танковые и механизированные соединения совместно с авиацией ныне имеют возможность не допустить сосредоточения вражеских войск к месту прорыва обороны, чтобы закрыть его и вновь восстановить сплошной фронт совместно с отходящими войсками.

Упреждая противника в занятии выгодных рубежей, танковые и механизированные соединения лишают его возможности планомерно занимать заранее подготовленные позиции и заблаговременно создавать укрепленные линии обороны в своем тылу. Действуя в глубине оперативной зоны неприятельской обороны, танковые и механизированные соединения способны сделать сопротивление противника перед наступающей с фронта пехотой либо невозможным, либо бесполезным. Они предупреждают возможность стабилизации фронта и делают невозможным переход врага к обороне на заранее подготовленных или удобных естественных рубежах.

Окружение обычно осуществляется во взаимодействии всех родов войск, но танковые и механизированные соединения в этом случае являются основным средством осуществления маневра на окружение.

Ходом развития военного искусства маневренные формы борьбы воплощены в реальность в современной войне. Средством осуществления этих форм на практике явились танки и авиация. До тех пор, пока существуют современные танки, авиация и современная подвижная артиллерия, переход от маневренных форм ведения войны к длительной позиционной войне невозможен.

В заключение следует сказать, что танки за четверть века сделали огромный прогресс как по своим боевым свойствам, так и в выполнении поставленных перед ними задач. По мере улучшения этих грозных боевых машин нужно полагать, что их роль в войне еще более возрастет. Сейчас же можно сказать, что бронетанковые войска являются одним из самых мощных боевых средств, обеспечивающих успех проводимых ныне операций.

Дальнейшее совершенствование танков и развитие танковых войск обеспечат еще большую их самостоятельность. Они должны увеличить свою значимость при совместных действиях с другими родами войск и расширить свои задачи при самостоятельных действиях.

Развитие танковой техники, мощи и могущества бронетанковых и механизированных войск сделало наши танковые войска решающим родом войск современной войны наравне с пехотой, авиацией и артиллерией. В оперативной же глубине действия танковых войск имеют такое же решающее значение, как действия артиллерии во время артиллерийской подготовки при прорыве обороны.

Танковые войска Красной Армии хорошо усвоили гибкую сталинскую тактику маневрирования, и в жестоких боях у нас выросли отличные кадры танкистов — бойцов, офицеров и генералов. Танки поистине стали хозяевами полей сражений, показали себя вполне надежным оружием современной эпохи и сталинского полководческого искусства. Бронетанковые войска, являясь самым молодым родом войск, за время Отечественной войны достаточно окрепли и создали себе прочную базу для своего будущего.

Предыдущая запись

Следующая запись